К Дюнам. Часть 2 Мёртвая Сьюзи

Сьюзи не боится умереть — Сьюзи мертва.

В миланском аэропорту случился маленький казус. На контроле меня выцепили из длиннющей очереди и попросили показать рюкзак. Я весь такой возмущенный плюхаю его на стол, демонстративно тяжело вздыхаю, руки в карманы, мол, смотрите сами, не собираюсь я тут перед вами наизнанку выворачиваться.

Безразличный таможенник начинает вынимать по одному всякую дребедень: блокнотики, зарядку, мои грязные носки (ау, американцы! химическое оружие) и наконец достает… тут я чуть не провалился на месте. Мой финский нож! Забыл переложить в сдаваемый багаж. Я думал меня расстреляют. Или посадят на кол в тюрьму. А назавтра во всех газетах раструбят: поймали наконец того самого русо-гангстерито, что ехал на встречу с коза нострой. Руки из карманов достал, стою, как школьник у доски, вытягивая ответ на тройку.
Таможенник держит мой тесак так двумя пальцами перед моим лицом:
— А это что?
Что-что, томагавк. А сам так делаю рукой щедрый жест, будто мечу бисер.
— Презент, — отвечаю.
Таможенник вяло улыбнулся.
— Сенькс, проходите.
Пронесло.


Латвия

В Ригу прилетаем пол-одиннадцатого вечера, дождь лупит. Мне нужно добраться до Юрмалы, где у меня живёт тётя, езды минут пятнадцать, ну может двадцать. Интересуюсь у таксиста:
— Сколько?
— Ааа, — отвечает, — ну евро 37 получится.
Кстати, забегая наперед скажу, что до Вильнюса от Риги 4 часа езды и 300 км на комфортабельном автобусе с интернетом стоит 20 евро.
Жаба внутри меня громко икнула и затем уныло квакнула.

Географию местности я хорошо представляю. Где-то неподалеку должна проходить железная дорога до Юрмалы, только как добраться до неё я не имею ни малейшего понятия.

Подают рейсовый автобус до города. Втискиваю свою безразмерную сумку в салон, всем мешаюсь и перегораживаю проход. Пока люди преодолевают внезапное препятствие, обзывая мою сумку на двух языках, я приковываю водителя наручниками к сиденью, держу возле глаза раскаленный прикуриватель вежливо спрашиваю водителя:
— Дорога пересекает где-нибудь ж/д пути на Юрмалу? Мне надо попасть на последнюю электричку.
— Да, — водитель быстро понимает угрозу, что мне надо, — но придется пройти до станции с полкилометра, если не сдохнешь.
— Высадите меня в этом месте пожалуйста! За это я сохраню тебе указательный палец, будет чем ковыряться в носу. Буду вам премного благодарен. А то ночевать мне на вокзале с этой сумкой.

Высаживает меня замечательный водитель посреди пустынной трассы. Впереди виднеется железнодорожный мост, на который мне следует забраться, а потом спуститься на железную дорогу и пройти вперед по путям. Автобус уезжает. Дождь льет, и в основном за шиворот. Вокруг всё мокрое, в кроссовках хлюпает. При каждом шаге я издаю странные чавкающие звуки. Перекинул сумку по диагонали через шею. Но лямка длинная, и сумка шлепает меня то по ляжкам, а то как раскачается и спереди меня шмяк, шмяк! Да, вот именно там. Дотащился в общем, до платформы и ещё минут двадцать ждал электричку. Спрятался в билетной кассе от дождя. Переживал, что электричка сейчас возьмёт и пройдет мимо. А я погибну от тоски и одиночества на малоизвестной станции Золитуде.

Вдалеке показалась лодка Деда Мазая. Последний из Могикан Сизиф радостно присвистнул, будто на его глазах лягушка превратилась в царевну лебедь, да ещё и с хорошей грудью, и потолкал свой камень на середину платформы.
Дорогие мои друзья, электричка остановилась и я был спасён. Полчаса езды, и я выхожу на с детства знакомой станции Асари. Только затих шум уходящего поезда, только я сделал первые шаги в сторону детских воспоминаний, как обоняние наполнилось запахом сосен, а шум ветра по верхушкам деревьев донёс отголоски моря, до которого всего-то один километр.
Добраться от аэропорта удалось за 2 евро, моя жаба довольна. Но иногда хочется не быть таким жадным, а быть богатым.

Дорога через детство лес, длиною в четверть века часа. Дождь утих, лишь мелкая изморось сыплется на лицо и даже освежает.

Времени час ночи.
— Коля, это ты? — тётя не спит, дожидаясь меня.
— Да, тёть Наташ.
— Я насобирала грибов, найдешь на сковородке, завтра поговорим.
— Хорошо, спасибо!
На кухню влетают две растрёпанные кошки, наперебой сообщая о своей страстной любви ко мне в надежде на поздний ужин. Фиг вам.
Открыл бутылку пива, залпом выпил, подцепил вилкой непонятный гриб со сковородки с куском картошки, продемонстрировал кошкам как его съедаю и ушёл спать.


Юрмала

На следующий день не было никакого желания совершать подвиги. Я купил шампанского и ушёл на море.

Хороший укроп вырос у тёти в этом году.

И очень смешно пахнет.

Ранее до этого, на одном литовском сайте присмотрел себе несколько мотоциклов, мечтая купить такой же, как у меня и был — Honda CBF600S. Другие меня не интересуют. В прошлом месяце их было вариантов восемь, наверно, если не все десять. Но что вы думаете, за месяц все продали, все! Остались по невменяемой цене и литровые, которые мне ни к чему.

День спустя я купил билет на автобус и поехал в Вильнюс безо всякой видимой цели, но с потаённой надеждой найти мотоцикл своей мечты и не дороже, чем за три рубля. А не купить, так просто попить литовского пива, забраться на башню Гедеминаса, навестить товарища, отъесться мясом, сходить в баньку, подышать свежим воздухом относительной свободы, о чём-нибудь плохом забыть и что-нибудь хорошее вспомнить.


Литва

Есть такая компания, забыл название, очень удобно расположенная в пешей доступности военного пехотинца от автобусной станции. У них есть немного мотоциклов.

… и ещё чуть-чуть.

Существуют давно, а значит совсем уж грубо косячить не будут.
Так я думал.

Как я уже говорил, хонды все распроданы. Но в объявлениях был один мотоцикл, который прям-таки околдовал меня и внешностью, и своими данными. Висел в объявлениях до самого последнего дня. Смущала приписка «ТОЛЬКО НА ЭКСПОРТ». А это означает, что на кривых документах и продан в Еврозону быть не может. И моя задача выяснить почему.

Не спеша обхожу гараж, волнуясь и растягивая удовольствие. Вот черный литровый CBF с дыркой в боку, старые Триумфы с тремя родными кофрами, но мне страшно их брать, кажется товар неликвидный.

В отдельной зоне разбирают и собирают литровый CBF 11 года, мечта! Пробег на одометре 6 тысяч миль…

— Почем? — интересуюсь.
— Четыре тысячи евро. Будет собран через неделю, оставляйте залог.

Я бы мог насобирать такую сумму, но… на него ставили правленую вилку. А подножки отломались вместе с крепежом от удара. Вилка пугает больше всего: деталь стоимостью в полмотоцикла от которой зависит войду ли я в поворот или нет. Да и не хочется переплачивать. Через год пробег будет под сорок, а бока некрасиво отшлифованы асфальтом. Тьфу-тьфу-тьфу, конечно.

День только начался, двери компании открыты как пять минут, а двое литовцев уже выбрали и расплачиваются за старенький кавасаки ценой меньше тысячи евро. А москвичи оплатили и спускают вниз литровый CBF, где их ждет фургон с другим мотоциклом на борту. Неужели моя красавица тоже ушла?

Наконец, в самом конце экспозиции вижу главную героиню нашей повести…

Сьюзи


Suzuki GSX650F, 2010 модельный год.

Состояние мотоцикла — новое, смешной пробег в 14 тыс.км, вывезен с Англии. Если думаете, что в Москве полно таких, мол у всех пробеги по 10тыс., так это вы глубоко заблуждаетесь. Средний пробег мотов, привозимых в Москву фирмами, начинается от 50тыс.км. Продаются они, разумеется, с совершенно другими пробегами.

Короче — на мотоцикле муха не сидела, а если и посидела, то недолго. По объяве год выпуска 2010-й, но по всем деталям 9-ый. Это древнерусская традиция выдавать ПТС отталкиваясь от даты выпуска ТС, а не от даты первой продажи. Отсюда слезами частников пропитаны полы российской таможни на полметра вглубь. Покупаете вы машину из Европы, скажем, 2010 года, привозите на таможню и… получаете ПТС 2009-го. А то и 08.

Осматриваю внимательно, залезая в каждую дырку. И вот что странно, куда не залезь, с каждого болта и из каждой щели вытекает ржавчина! Так вот почему новый байк не может быть продан в честной стране,

Сьюзи — утопленница!

Я имел дело с мертвыми душами, и хочу вам сказать: тут всё зависит от электроники. Если мотоцикл погрузить под воду и достать, его рама не развалится пополам, а колеса не перестанут крутиться. Но микросхемы! Помню один знакомый, прикупивший за полцены водоплавующую БМВ (нет, не гуся, а семёрку об четырёх колёсах) два раза менял в ней мозги по полторы тысячи долларов за попытку. Так что будем глядеть в воду оба, и запуск двигателя о многом скажет.

Парень с фирмы приносит ключ. Поворачиваю. Ноль. Сьюзи мертва. Парень открывает сиденье и утаскивает аккумулятор. Под сиденьем лежит новый, похоже ни разу не испльзованный комплект ключей. Раскрываю. А внутри водоросли, и прямо на меня смотрит лягушка. Внутри все покрыто плесенью и каким-то белым налетом.

Донор-аккумулятор установлен. Ключ, зажигание. Яркий свет мертвых глаз приборной панели, костлявые руки дернулись стрелки, Сьюзи готова. Пуск!

По телу пробежала конвульсия. Мягкий рррык! Двигатель хватает с пол-оборота. И дальше плавная работа на слегка повышенных тонах. Никаких посторонних шумов, никаких вибраций, немного металлический отзвук огромной банки глушителя. Даю прогреться, обороты падают до нормы, двигатель работает как часы. Мягко газую — Сьюзи приоткрывает глаза, слегка оскалясь. Резко откручиваю газ — Сьюзи взвизгнула, ощетинилась и отбросила ровный, почти бесцветный выхлоп.

Парень предлагает спустить мотоцикл на первый этаж и погонять по стоянке. Залезаю на Сьюзи. Скрипнула неживая плоть. Прибавляю газ. Металлическим стоном отозвался глушитель. Аккуратно доезжаю до грузового лифта, стараясь не посшибать ряды мотоциклов, ожидающих своих новых хозяев. Спускаемся на площадку.

А вот и первая неприятность, впрочем закономерная. Закисли передние суппорта. Затормозить получается только один раз, потом надо раздвигать зубы колодки отверткой. Раскачать не получается. Но на ходу все отлично! Электрика работает, огоньки моргают. Есть даже приятная опция в виде обогрева ручек и розетки на приборной панели. Мотоцикл позиционируется как спорт-турист. Решаю брать.

Бумаги выписаны, с деньгами расстался. Когда мотоцикл снова выгоняем на улицу, парень, тот что менял аккумулятор и вообще крутился вокруг да около, говорит, по-литовски растягивая слова:
— Оох, да он же без номерооов, как же вы поедетеее?
— Хм, ну да, а что?
— Эта да перваваа полицейскавааа.

Возвращаюсь наверх в фирму где мне без улыбки отвечают:
— Мы продаем то, что продаем. Вы видели, что покупаете.
— Да откуда же мне знать ваши порядки?! Я за границей!
— Номеров на мотоцикл нет. Вы можете его везти в фургоне или на прицепе.
— Но у меня нет фургона!- я помахал для достоверности шлемом по воздуху.
— Ну хорошо, сейчас что-нибудь придумаем, — заведующий вышел и вернулся с желтым английским номерным знаком, который тут же прикрутили мне на хвост,- ну вот.

Когда мотоцикл спустили вниз, вышла девушка, та что выписывала документы:
— Оох, это же английские номерааа совсем от другова мотоциклааа, как же вы поедетеее?
— Да черт возьми! Уеду я отсюда когда-нибудь?!
— Пойдемтеее, я поговорю с заведующим.

Мы вернулись на фирму. Девушка зашла в офис, а я остался снаружи. Через пять минут все вышли, а парень с аккумулятором молча открутил английские номера и прикрутил литовские.

— Только верните, вышлите по почте! — заведующий был уверен, что сделал для меня слишком много.
Неприятный холодок смутных предчувствий пробежал по моему телу.

Время позднее, и я еду в провинциальный город Укмерге в гости к своему давнишнему другу Регимантасу. Вильнюс мне хорошо знаком, быстро выезжаю на нужную трассу. По привычке, да и по необходимости несколько раз прихватываю ручной тормоз. Потом заметил, что мотоцикл тормозит двигателем слишком усердно. Потом и вовсе оказалось, что Сьюзи не разгоняется выше 120-ти…
Заодно очень некстати пошел дождь.

Останавливаюсь под мостом. Ну да, так и есть. Колодки вцепились мертвой хваткой в тормозной диск, который раскалился до красна. Достаю отвертку, сую в зубы Мертвой Сьюзи, раздвигаю челюсти. Затем жду окончания дождя, уже почти стемнело. Трогаюсь. Теперь всё в порядке. Если не считать отсутствия тормозов. Спидометр в считанные секунды уходит за 160. Осаживаю Сьюзи. Она-то мертва, а я еще нет.

По дороге заворачиваю в гипермаркет и, забыв, что не обладаю кофрами, покупаю всякой всячины. Рюкзака тоже нет. Распихиваю за пазуху и двадцать километров только и жду, что из меня начнут вылетать бутылки пива и салат оливье. Но доехал. Слезая с мотоцикла подумал, а чего я не засунул всё это в сумку, прикрученную к заднему сиденью?


С Регимантасом или Регесом, как его чаще называют по-простому, я познакомился давным давно, когда еще занимался покупкой и перегоном машин. С тех пор, каждый раз когда судьба меня забрасывает в Прибалтику, а это случается пару раз в год, я останавливаюсь в его гостеприимном доме. Нас объединяет любовь к технике, еде и женщинам.

— Лаба дена, Регес! — я могу блеснуть двумя фразами, которые знаю на литовском. Еще знаю «Аш норю мотерс» (я хочу женщину), учил так, на всякий случай, вдруг пригодится.

Мы обнимаемся, хлопаем друг друга по плечам. В этот момент я думаю «как рад, что доехал», а Регес думает «куда бы его поселить».
— Ну привет, Николай!

Так как Литва по сути своей является пересылочной базой автомобилей между Европой и Москвой, а также между Америкой и Москвой, каждый литовец каким-нибудь боком да принимает участие в процессе купли-продажи и ремонта легковых автомобилей. А и иногда и мотоциклов, если подвернется чего-то стоящее.

Регес например занимается исключительно машинами шведской, а теперь уже американской компании Сааб. В пути, в ремонте, и на продаже находятся постоянно около двадцати машин. Крайне редко берёт другие марки, в углу стоят два Ровера. Машины и запчасти «от Регеса» расходятся не только по Европе, но и перетекают в дилерские центры Москвы. А вы думали откуда у них берутся «новые» автоматические коробки?..

Нашлась машина и для меня со специальным номером.

Я отвязываю с мотоцикла неподъемную сумку, всё ту же самую, что тащу из Милана. Регес тем временем обходит мотоцикл. А дальше начинается нехорошее.

— Коля, откуда у тебя это? — Регес тычет в номера.
— Транзиты, а что.
— Не, это не транзиты, транзиты бумажные, а это — гаражные номера.
— И что это значит, гаражные номера?
— Это значит, что тебя не выпустят из Литвы.

В это самое время несколько тысяч евро поднялись в воздух и мягко полетели по ветру.

Мне очень захотелось присесть на землю, и мы перешли на террасу. Я не теряю хладнокровия, ведь у меня есть туз в рукаве.

Туз в рукаве. Женя.

Есть у меня ещё один товарищ. Вообще друзей у меня не так-то много и скоро вы будете знать их всех.

Представить Женю легко. Для этого вообразите себе город, где живут одни только машины, и всем управляет некое туманное облако под названием Таможня. Где понятия «год выпуска» и «технические характеристики» — есть некоторая переменная, а жизнь автомобиля бесконечна и способна переселяться из одного кузова в другой, подобно тому как придумали индусы. Менять конфигурацию «жителей» можно с помощью волшебной палочки шариковой ручки, стоит ей прикоснуться к волшебной бумаге ПТС и ГТД. Так вот, Женя получается мэр этого города.

Я достаю мобильник и набираю Жене. Я не видел его лет пять.
— Привет, Коль. Что за документы и какие номера? — первый вопрос Жени.
— Номера такие красные железные, а документы ну я тебе говорил.
Словно эхо только что услышанного из трубки раздалось:
— Коля. Тебя не выпустят из Литвы.

Я посмотрел в окно и увидел как вдали, над морем, уныло курлыкая на закат, пролетают мои деньги. Я пролетал в это время где-то рядом.

…..

Николай Тринадцатый.
2014 август
Латвия, Юрмала

Комментировать

6 комментариев к "К Дюнам. Часть 2 Мёртвая Сьюзи"

avatar
Sort by:   newest | oldest | most voted
seitz

Надеюсь, всё закончилось хорошо?
Я сам на таком езжу, который «не выпустят». Благо у нас тут нет сплошного забора вдоль границы. А как в Литве?

filosof63

Николай-везет тебе на всякие приключения и истории.

delfalex@mail.ru

Николай пора взлетать уже с этой полосы и садиться на белую)))
Сам хотел купить в следующем сезоне хонду трансальп. Посмотрел сколько нужно доплатить. посмотрел (внимание слово:) на зарплатушку. И понял что не в следующем году(((((
Как бороться с бедностью, кто то знает? А то честным людям тяжело живется)))

wpDiscuz